Ненаписанное и непоказанное копится, постоянно попадаясь на глаза и укоризненно выглядывая из фолдеров на жестком диске. Что же ты, говорит мне оно, затеял писать семейную летопись, а в ней столько пробелов и пропусков? Поэтому вот еще одна порция, на этот раз о поездке по реке Волге на остров Свияжск в наш недавний визит в город Казань.

Свияжск - остров выше по течению Волги, откуда царь Иван Грозный сперва грозил Казани, а потом несколько сотен лет жили монахи в двух монастырях - в Иоанно-Предтеченском и Свято-Успенском монастырях. В советскую власть коммунисты вдоволь поглумились над этим местом, устроив там сперва филиал Гулага для политзаключенных, а потом - психбольницу. Потом пришло запустение, и только относительно недавно остров стал возвращаться к нормальной жизни.

На остров Свияжск из Казани попадают двумя способами: приятным и так себе. Так себе - это по дороге на машине, а приятным - теплоходом по Волге.

Для некоторых водный путь вдвойне приятен. Им и в шалаше было бы неплохо.

Первым делом теплоход переплывает к противоположному берегу Волги к поселку Верхний Услон. Есть еще и Нижний Услон, он и по течению ниже, и берег там пониже, и дома ниже, и вообще все не так, как в Верхнем.

Направляемся вверх по течению. Мимо проплывают Печищи, названные так потому, что здесь обжигали известь, и печи сохранились до сих пор. Сперва хотел написать, что "сколько я себя помню, столько я помню эти самые печи", но решил воздержаться от ностальгической мелодраммы в своей сугубо научной исторической летописи.

Чуть дальше - сахарный завод. Он, может, и не сахарный.

Некоторых пассажиров сморило от созерцания волжских пейзажей. Наверное, как уже кого-то из тех, кто смотрит сейчас эти фотографии.

Машинное отделение нашего теплохода. Несколько раз сюда с озабоченным видом спускался матрос и ковырялся в тарахтящем дизеле.

В одном из узких мест через великую русскую реку перекинут не очень великий автомобильный мост.

Краткая остановка у какого-то садового участка. Теплоходик просто ткнулся носом в берег и опустил трап. Советую круизным лайнерам перенять опыт, а то морские вокзалы, порты... Ткнулся носом в какой нибудь из Кайманских островов, и все пассажиры скоро будут на берегу!

Как говорят в Северной Америке, waterfront property. Не каждый может себе позволить.

Хмурый матрос поднимает трап и кораблик пятится задом, съезжая с мели.

Наконец, появляется Остров.

За весь день сюда только утром прибывает один теплоход, стоит до  вечера и отправляется назад в Казань. В каком-то смысле это событие дня, и нас уже встречают.

Корабль почему-то игнорирует новенькую красивую пристань и привычно тыкается носом в берег.

А вот и он, тот самый "кто сторожит баржу". Это он встречал нас на пристани. Борис Борисович Гребенщиков со своим ансамблем были частыми гостями в этих местах, и именно этот старичок послужил прототипом герою одноименной песни. И это он встречал на пристани нашу баржу. На мою попытку сфотографировать его, он повернулся и показал мне кулак. Но мы все же разговорились с ним, если это можно так назвать.

Целью нашей поездки было посещение монастырей, а также знакомство с историей острова. Свияжский Успенский монастырь.

Архиерейские палаты.

Как волны с Волги прибывают и растекаются по острову туристы.

Освоение бюджета - дело государственной важности. В результате появляются странно выглядящие фонари в петербуржском стиле на деревенской улице. Эти фонари понатыкали в самых неожиданных местах. Их будет много на последующих фотграфиях. Кто сосчитает все, того ожидает приз.

Помимо монастырей и пристани на острове имеются народные промыслы для туристов. Тут вам мастера вылепят кувшин, свяжут лапти и вырежут деревянную ложку. Еще имеется предприятие общественного питания, куда меня завлекло меню с обещанием стерляжей ухи, пельменей ручной лепки, селедочки с картошкой и других разносолов. Однако в реальности все, что нашлось в этом трактире - это только гречневая каша с котлетой и чай.

Безотходные технологии. Интересно, зачем камушек?

Свияжский Иоанно-Предтеченский монастырь. Помимо чьего-то ребенка, на фото имеется художник Михаил Пивоваров с женой Олей, тоже художником, а также ее подружка детства, военный переводчик, имя которой разглашать нельзя.

Руины церкви 18-го века. Стены выкладывали в 12 кирпичей, это впечатляет, особенно нас, жителей фанерных канадских домиков.

Крест на месте еще одной разрушенной церкви.

Раньше здесь ниже был целый город. Потом Волгу перегородили плотинами, она разлилась и затопила землю. Говорят, под водой там целые улицы, вода хорошо сохраняет дерево. Есть проекты огородить это место и осушить, сделав музей под открытым небом.

Церковь св. Константина и Елены, 17-й век.

Издалека долго течет река Волга. Докладываю: когда пришел сюда в конце пути, свои ладони в Волгу опустил.

Пора в обратный путь. Не все пассажиры успевают вовремя и их втаскивают за руки на медленно отходящий теплоход. Но чья там виднеется знакомая борода?

Тот, кто сторожит баржу.

Макарьевский мужской монастырь. Сюда туристов уже не пускают. Чем-то напоминает левитановское "Над вечным покоем".

Ну а дальше все тоже самое, но в обратном порядке.

Вид на Верхний Услон из Казани. Зимой мы ходили на тот берег на лыжах, и не всегда доходили.

Речной порт.

Московский и Омик. А вот Мошек уже нигде не видно.

В современной Казани хот-доги и соседствуют с традиционными перемячами. Перемяч, кстати, напоминает русский беляш. А вот пицца одноименный продукт итальянской кухни не напоминает.

На этом все. Иссямдисис ибташляр. Унтыгыз сагаз утыз минута. Без бултырдык! Рахим итегез. Кызыл байрак. Балалары. Все, теперь и запас моих татарских слов исчерпан.